Марокко. Треккинг по Анти-Атласу

dcdf1810752a026381ec6c2106c4463c

Выбрaть срeди вaриaнтoв трeккингa пo Мaрoккo кaкoй-тo кoнкрeтный — былo дeлoм нeпрoстым. Стрaнa пoкрытa пoчти все нeскoлькими гoрными систeмaми. Подводный камень — нa сeвeрe пoкaзaлись нeвысoкими и пoxoжими нa нaш Полуостров. Срeдний Aтлaс oтринут пo причинe тoгo, чтo oн «срeдний». Вeдь eсть eщe и высoкий. Нa Высoкий да мы с тобой сбeгaeм чуть пoзжe, рaди кoрoткoгo вoсxoждeния. Нa трeккинг тaким oбрaзoм oстaлся гoрный мaссив с зaгaдoчным нaзвaниeм Aнти-Aтлaс.


Пoдoбныe рифтoвыe рaзлoмы инoгдa встрeчaются нa пeстрoй кaртe зeмнoй пoвeрxнoсти. Кaкиe прoцeссы прoисxoдят изнутри. Ant. снаружи зeмнoй кoры я нe знaю (xoтя былo б интeрeснo пoизучaть гeoлoгию), нo внeшнe выглядит тaк, слoвнo xрeбeт кaк бы рaсщeпляeтся нa двa, идущиx пaрaллeльнo и oстaвляeт мeжду ними ширoкую рoвную пoлoсу. Изо рaнee пoсeщeнныx aнaлoгичныx мeст вспoминaются Муйскиe xрeбты в Зaбaйкaльe и гoры в Сирии. Мeжду Aтлaсaми здeсь эрг, рaссeкaeмaя инoгдa глубoкими ущeльями с рeкaми Дрaa сиречь Дaдeс. Вся жизнь прoисxoдит тaм, нa зaрoсшeм пaльмaми днe ущeлий. Oни слoвнo бeскoнeчныe зeлeныe змeи равняться чeрeз пустыню, чтoбы встрeтиться в гoрoдкe Вaрзaзaт. Нo o Вaрзaзaтe пoзжe. Пoкa да мы с тобой лишь успeли пoрaзиться вxoждeниeм (иначе говоря тoчнee выxoдoм этoй змeи с Aтлaсa). Мeстo нaзывaeтся ущeльe Тoдрa. Нeсмoтря нa пoздний вeчeр и oтсутствиe вoзмoжнoсти фoтoгрaфирoвaть пятисoтмeтрoвыe стeны узeнькoгo гoрнoгo прoxoдa впeчaтляют.

Нoвoгoдний кoктeйль — русскaя вoдкa, мaрoккaнскaя мятa


шaxтa во (избежание дoбычи трилoбитoв и прoчиx oкaмeнeлoстeй


мнoжeствo зaбрoшeнныx шaxт дoxoдящиx дo кaкoй-тo кoнкрeтнoй «трилoбитнoй жилы»


Бoумaлe-ду-Дaдeс рaскинулся нa бeрeгax зeлeнoй змeи, рeчки Дaдeс


пeрeд трeккингoм, зaбившись в фургoн


вoзлe этoй мeчeти в сeлe Имин-Вaрг потребно поворачивать с основной дороги и раскланиваться в горы


дети пытаются укрепиться. Ant. расшататься на плацдарме, нам удается того) (времени отбивать их атаки


цветущее миндальное деревцо


Атлас и Анти-Атлас круглый непохожи друг на друга. Альбом — молодые высокие горы со снегами, бурными реками и острыми вершинами. В нежели-то похожи на Альпы неужели Кавказ. Анти-Атлас старые много с плоскими вершинами и гигантскими ущельями. До настоящего времени водные океанические воздушные демос задерживаются Атласом и до Анти-Атласа на деле ничего не доходит. Анти-Книга по своей сути — сие все та же дешт Сахара, только не «эрговая» ее территория, а горная. Путеводитель называет треккинг в Анти-Атласе «новым направлением» и обещает, какими судьбами столпотворений на горных тропах неважный (=маловажный) будет. За четыре дня я действительно никого не встретили, безграмотный считая местного населения, вот именно и того очень немного. И складывалось чувство, что поброди мы после этого месяц, ситуация не изменилась бы. Сие при том, что декабрь-январь элементарно должен быть высокий зима для туризма. В остальное пора будет невыносимо жарко.

Входили я в Джебель Сархро с севера с поселка Тигдильт. Сперва околоток называется «Долина птиц». Птиц особенно много не наблюдалось, в Марокко пожирать месте где их больше, Мулай Буссельхам или пусть даже Тбукаль. Но слышно стрекотня было вполне, так будто наверно не зря такое прозвание. Буквально через полчаса поторапливайся после Тигдильта селение Тегххса. Легко поражаешься как сменился вслед за это расстояние этнический соединение населения. Если в Тигдильте хана были классические арабо-марокканцы со светлой кожей и длинными черными волосами, в таком случае в Гегххса все поголовно черные, с короткими черными завитушками получи голове. Судить об этнографии помогают детвора. Ни одного бездельничающего взрослого держи улице нет. Если кто такой и попадается — то оседлавшие согласно каким-то своим важным делам мотопед мужчины, или торопливо прячущаяся в подворотне тетенька-водонос. Зато детей …

Опять-таки издали подметив странных путников, вооруженных палками-альпенштоками и огромными заспинными мешками, деревенские детвора высылают вперед авангард — группу захвата для велосипедах. В деревни уже всю толпу туристов окружает тесный круг детей. Ничего конкретного (дирхамов иначе говоря конфет) от нас далеко не хотят. Просто веселой гурьбой суетятся кругом. Разделение туристов на части маловыгодный помогает, каждому путнику достанется куда превышающий его по численности конвой. Устроить в таких условиях что за-то перекус и передышку (страсть тяжело. Замечено, что детушки разных деревень четко чувствуют, идеже граница их владений («районов»). В кой-то момент толпа предыдущих детей исчезнет, с целью появилась новая. Лишь ближе к вечеру нашелся авторитетный способ избавляться от эскорта. Стоило бы было просто достать фоторужье и начать их фотографировать. Вроде известно каждому в мусульманском мире моська забирает частичку твоей души. Будущее страны разбегались, прятались за камнями и продолжали гонение (им было интересно пиликать таким образом в «партизан»). Нам также было интересно, я выхватывал мыльница и, словно в контратаку, бросался держи детей издавая характерные звуки, наравне в боевиках «тра-та-та» и «сиденье-пуф-пуф».

Одну переправу я держали достаточно долго. Стараясь снарядить отстающие части группы в единое система. Ant. часть целых полчаса фотоотстреливались. Ребята захватывали плацдарм на нашем берегу, однако после усиленных атак целых трех фотографов отступали, прячась из-за камнями. Собравшись мы ушли ужо в горы. Стемнело, кончились селения и мелюзга. Наступала новогодняя ночь.

В темноте отыскали деда. Может статься как хозяин постоялого двора. Набиваемся в покрытую восточными коврами комнатушку. Фикс новогодних апартаментов какие-ведь невероятные. Если снять летник в Подмосковье или на заснеженном Урале целесообразно от 1000 евро, так снять аналогичный коттедж в горах Джебель Сархро нам предложили ради 80 дирхам (7 евро). Сие был единственный случай ради все путешествие, когда я не торговались, а с утра, пораженные гостеприимством, хоть заплатили в три раза более всего.

Новый Год


Берберский передвижной. Ant. неподвижный телефон


Сегодня на праздничном новогоднем столе мандарины, макароны с халяльной тушенкой и числа-много алкоголя запасенного до сего часа с испанских и мекнесских времен. Даже если шампанское (микст из яблочной газировки с водкой). Между тем главным алкогольным напитком была обычная москвитинка водка, куда по марокканской устои был втиснут кустик свежей мяты. Непотребляющим (ми например) хозяин заведения приносил сто раз мятный чай, также выставив огромное шайба с хлебом, финиками, миндалем и печеными желудями. Подобно как уж поделать, питаются (тутовое не очень разнообразно. В который-нибудь то момент дед прибежал с картой решетка, где он показал нам Марокко, а автор этих строк ему показали Россию. Увидев такую большую страну, некто заулыбался и видимо внутренне загордился. Надобно(ть) заметить, что все взаимосвязь происходило несколькими страшно исковерканными французскими словами (которыми владела посреди нас ровно один единица) и, в основном, жестами.

Вот что-то около вот с живой музыкой, песнями около гитару, стуком барабанов, картинкой рижских заснеженных елочек получи и распишись экране ноутбука и встречали. Без всякого роуминга, телевидения и интернета. Подина покровом бездонного звездного неба усыпанного мириадами ярких точек. Около тявканье собаки и блеение коз. Уральский, Московский, Киевский Новые Возраст. До марокканского не досидели. Как-нибуд встаешь вместе или немного позже солнца, идешь дочиста день с рюкзаком, то сумасбродничать всю ночь никак отнюдь не выходит.

Треккинг однако Новым Годом безграмотный ограничивался. Он только начинался. Освободилось пространство выпитого алкоголя, но в результате новогодней подарочной лотереи ми достались настоящие аутентичные берберские барабаны. Огромные и тяжелые. Хотя все же годные в (видах переноски в рюкзаке, иначе б семо они не попали. Стежка бежит в основном вдоль ущелья, да иногда бывает вдруг сорвется долу, куда в сторону то ли перевала, ведь ли горного плато. Тутовник пригождается все умение освоиться, ибо все, что неважный (=маловажный) ущелье — неочевидно. GPS, компас и планисфера. Схемка из путеводителя LonelyPlanet возьми хоть и помогает сформировать основное назначение и план, назвать правильно полоса и найти описание предполагаемого приюта. Да в ориентировании она никуда безграмотный годится. Карту Джебель Сархро ты да я увидели в последней своей гостинице пизда треккингом, в городке Боумаль-ду-Дадес. Опосля она висела на стене. Попросив стяжать нам вариант на ресепшене, получили в итоге долгую и оживленную торговлю. В итоге на (место запрашиваемых 300 дирхам уплачено 240 дирхам (22 евро). Получи оборотной стороне обнаружился тщательно замалеванный фломастером типографский гарт с ценой в 150 дирхам. Вечность убеждаемая в необходимости столь существенной расходование группа теперь столпилась перед глазами карты и пытается расшифровать ее. Охват километровый, градусные отметки по части полям совершенно непонятно чему соответствуют. Наша сестра находимся в западном полушарии (гринвичский экватор остался восточнее), однако численной огромность по краям растет направо направо.

Вечером второго дня едва-то удалось заблудиться. Стежка распалась множеством тропок. Касательно ровное горное плато нечаянно резко рухнуло в каньон. Пришлось как горным козам с риском снижаться вниз. Причем не покидало парестезия, что мы на неверном пути, хотя дальнейший путь очевидно лежал за дну расходящегося все просторнее и шире каньона. Сам ущелье вдруг запрыгал водопадами и завалами. Получается понятно, что цивилизованной ночвы (то бишь в домике) нам нонче не достигнуть. Разбиваем табор на более-менее плоской площадочке. Безграмотный зря же таскаем с из себя три палатки! В итоге сие была единственная на антиаласском треккинге ночлег в палатках, и одна из трех по большому счету в Марокко. Впоследствии вспоминая постоянно наши многочисленные остановки (в конечном итоге каждая ночь в новом месте), кончено признавали эту стоянку 1-2 января самой красивой и запоминающейся.

В некоторый раз ужинаем маракконами-макаронами и замечаем главную лица необщее выраженье этой стоянки — ночное звездное небеса над головой. Оно не выделяя частностей то везде в Марокко такое но бездонное и многозвездное. Но в данное время мы впервые, вооружившись остатками школьных астрономических знаний, Колиной памятью и программой Stellarium сверху юрином ноутбуке, принялись пробегать небо. Небо читать (бог) велел бесконечно, хоть до самого утра. Оно опять-таки и постоянно меняется, поворачиваясь спервоначалу одним боком, а попозже другим.

Стоянку сочли пригодной, неизвестно зачем как по всем каноном в этом месте было топливо (принесенное с на вывеску), убежища (принесенные с собой), ровное поляна и вода. Вода вообще в таком случае тоже была принесена отчасти с собой в бутылках, купленных пока перед пустынным эргом и безвыгодный до конца выпитых. Только здесь была еще и местная тархун, явившаяся для нас основным источником влага на обед, ужин и помывку. Белый уголь действительно дает жизнь всему в пустыне и в нее завязаны основные маршруты и стоянки. В эрге берберы закапывают демократично в песок бочки с водой перед глазами стоянок, не утруждая себя копанием колодцев. На этом месте не песок, а камень. Такое осязание, что в Джебель Сархро тархун есть только зимой и весною. При этом вода шелковица во многих местах мало-: неграмотный струится смелым веселым рекой, а тихо-тихо ползет посереди одинокими лужами, иногда ни на каплю оставляя лужи сохнут и протухать в одиночестве. Часто воды кого и след простыл вообще, т.е. русло есть, а воды недостает. Сложилось ощущение, что примерно (сказать) летом в Джебель Сархро мало-: неграмотный просто нечего делать, а пока что и будет опасно соваться, минуя заготовленных и принесенных с собой запасов воды. Местную воду вдребезги не решились даже самые смелые с нас. Только забросав специальными таблетками и вскипятив. Неприметно из предосторожности. При книжка что, что она ведь и не пахла ничем, и невыгодный цвела, а возле нашей стоянки аж струилась ручейком. Нашу черновато-белую карту в разных направлениях рассекали деньги линии троп, оранжевые абрис дорог и синий пунктир предполагаемых ручьев. Его предумышленно рисуют на карте, в надежде было понятно где сок, но пунктир как-бы предупреждает, какими судьбами не обязательно она поглощать.

золотые скалы (в том месте идеже Егор упал в терновый кустик)


каменный лежачий лев


оный же лев, вид сбочку, из под него


Физиологический мир не богат. Так он есть. Какие-ведь пыльные кустарники и даже деревья. Настоящие коренастые, невысокие, же раскидистые туи встречаются в основном начальство, возле перевалов. Видимо после этого прохладнее и больше возможностей к росту. И по сию пору же вокруг бесконечное царствие камней. Однако из самых разнообразных материалов в духе оказалось. Ты идешь и идешь, вкруг тебя черные камни, бесконечная Сырт черных камней. И все сие единообразие удивительно разнообразно. Потому (что через час другой аллюр все камни вокруг нечаянно становятся оранжево-желтыми. Кейвы вздымается полосатыми волнами. И опять двадцать пять вокруг все одинаковое, (для того через час другой перемениться новой картиной.

Что здесь самое красивое сказать с-за подобного разнообразия мудрено. Впечатляют какие-то невероятные и теряющиеся в дальней дымке горизонты каменной пустыни, изломанной новыми горными кряжами. Умопомрачительные (то) есть всегда в пустыне восходы и закаты. Да и местность начинает напоминать во всем знакомую картинку американского Дикого Запада. Штатов Колорадо, Юта и Аризона. Гигантские столы-останцы. Тогда это называется Баб-н-Возвышенный. Или вот глубокие полосатые каньоны, идеже отлично просматривается вся геогнозия места. Иногда вдруг оказываешься в старой знакомой крымской «долине привидений» с ее торчащими в все стороны каменными пальцами-изваяниями. И куда хочешь стоит невероятная тишина. Неважный (=маловажный) гудит ветер, не журчит напиток. Только изредка крик далекой пернатые.

К сожалению, похвастать особо выдающимися фотографиями Джебель Сархро я наверное не смогу. Забавно получилось. Годок назад купил по совету товарищей поляризационный фильтр. Пока удивлялся, что это обычная стекляшка столько стоит только. Считал, что это на) все про все лишь защита объектива ото попадания пыли или какого-ведь пагубного влияния прямого солнечного света. Во так весь год и фотографировал, часа) перед Джебель Сархро ни с того не узнал, что оный полярик нужно еще и скручивать, и тогда цвета удивительным образом меняются. И видишь только я начал его ставить на службу по настоящему выяснилось, чисто в эргах он таки выполнил свою основную функцию и защитил телефотообъектив от попадания всяческого песка и мусора. Т.е. приняв получай себя основной удар полярик зверски исцарапался. Я продолжал крутить и достигать цвета, здесь и на следующем треккинге (в Высоком Атласе), так царапины заливали фотографии в каких-так местах чересчур ярким светом, вызывая легкое замыливание. Об этом я узнал числа позже, просмотрев фото в ноуте. Стал дальше смещать без полярика, однако Джебель Сархро и Тубкаль были еще испорчены.

Вернемся же (до поры) до времени в горы Сархро (Джебель — сие всего лишь «горы»). Слышимость в сих местах совершенно обалденная. Дозволительно уловить звуки стада другими словами лай собак за чуть-чуть километров. Впрочем собак и стад после этого встречается одно-два в день пути. Как и магазинов. Рождение магазинов тут стимулировано проложением туристичсеких маршрутов. Магазаины попадаются Вотан на день пути (временами два). Возле него денно и нощно можно вписаться переночевать получай коврах на полу в каком-цепь доме, что мы успешно и делали. Запас магазинов совершенно убийственный. Аж истосковавшись по цивилизации, все на свете что мы были в состоянии позже купить — это полулитровые бутылочки Кока-Колы либо Фанты. Зато они принимать в каждом магазине по универсальной цене в 10 дирхам (1 евро).

Разновидность от селения Иглы держи север. В селении 3 дома, ряды и душ, о которых сообщается в рекламной табличке.
Дело видна скала «Верблюд».


колючки кой-когда даже цветут!


Дабы отнюдь не заблудиться повторно чуть удлиняем рейс (корабля) по заметной скотогонной тропе взамен предлагаемой картой тропы чрез горы. Идем уже четвертый праздник (или всего четвертый журфикс :) ). Михалыч стер лапти до кровавых мозолей. У какого-ведь народа с коленями тоже безлюдный (=малолюдный) все в порядке. Но комплект движется к увиденным издалека вышкам сотовой сношения, в каньоне очередной полувысыхающей реки. Текущий план дойти до каньона, и ровно по нему, или его бортам зад до селения Хунадур (alias туристического объекта с рисунками пещерного человека). Ежели и возможно там в чем-так другом суть, в путеводитель возлюбленный не попал (путеводительная тропка ушла на север), а в карте и сверху стенах отеля в Боумале описания получай двух языках были: французском и немецком.

С заходом солнца оказываемся возьми самом краю долины. Последние шаги рядом свете проходят по что за-то фантасмогоричной поверхности. Как мы малюсенькие букашки пошлепали по дну высохшей огромной лужи. Весь поверхность под ногами например и каменная, на растрескалась множеством глубоких прямых. Одновременно же вспомнились китайские «Тысячи черепах уходящих в свод небес». Только тут это «десятки тысяч взаимопересекающихся линий уходящих в неиссякаемость». Последняя стенка каньона и ни в малейшей степени вертикальна, однако взявшиеся с ниоткуда продавцы бус показывают тропку, числом которой можно спуститься. Ни в коей мере стемнело аккурат в тот пункт, как под нашими ногами нарисовалась распутье.

По ней до Хунадура ступать ее десяток километров. И кончено это для того, воеже завтра протопать еще 15 и показать себя в селении Нкуб. Путеводитель описывает Нкуб в качестве кого глубокую внутрисахарскую и внутриантиатласовую глубинку. Затем чтобы выбраться оттуда (а Нкуб правда бы дает такие преимущество в отличии от всех остальных вариантов, т.к. в нем кушать асфальтовая дорога) надо снять или выззвонить такси и попасть в кишлак с еще более звучным названием Агдз. Агдз еще находится на трассе Варзазат — Загора и тамо проходят автобусы.

начало каньона


провидение со дна каньона


Пока еще во время спуска я заметил проносящийся по дороге микроавтобус. «Установка!», — восхищенно воскликнуло покаяние и решило что топать 25 километров в соответствии с пустыне будет не безгранично здорово. Поэтому возле первого но дома остановились. Не селения, а то-то и оно дома. Такое ощущение почто внутри Джебель Сархро селений так и нет толком, все живут отдельными домами (дворами). Запросили у хозяев позвенеть в такси. Общаться сложно, однако французский тут знают только-только получше чем вначале пути. Этимон «такси» понимают. Пока пролетка нет нас приглашают в шатёр. И снова гостеприимство льется потоком. Мятный чай раз, прованское) масло финики хлеб. Мятный файф-о-клок два. Мятный чай три. А ещё после первого появился водила — водитель все того а белого фургона замеченного паки (и паки) сверху. Но как подобает неписанными правилами гостям не грех бы и что-л. сделать трижды предложить чаю, а вслед за тем уже о делах. А еще накануне чем говорить с кем-так надо поздороваться, причем мало-: неграмотный разом махнув всем рукой «зрасьте», а субъективно с каждым.

В итоге переговоров получилось приближённо как в присказке: «не подскажите ль сколько стоит времени, а то мы бесцельно проголодались, что и переночевать неоткуда». Таджин с кускусом и мясом, и да мы с тобой остаемся ночевать в этом гостеприимном доме. А ранним на ране, в 6 в Нкуб. Утро порадовало солнечным затмением, что верно здесь в Марокко оно нисколечко не полное, дай Господь 15-20% диска закрылось. С Нкуба сразу же находится гран-точило четырехчасовой продолжительности до Варзазата — «ворот путыни». На нас это ворота с другой породы стороны, пустыню мы покидаем.

Баб-н-Возвышенный


район «Needles of Sarhro»


тысячи взаимопересекающихся прямых линий


гостеприимные хозяева


утро в берберской деревушке


примерная планисфера треккинга Тигдильт — Хунадур — (Нкуб). Земля квадрата — 4 км:

дама


Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.