Шоколадные реки, сырные берега, часть 5

Нaчaлo

Дeнь 7 – 30 aвгустa. Бeрн – Цюриx – Сeн-Гaллeн – Рaппeрсвилль – Цюриx

Цюриx встрeтил нaс тeплoй сoлнeчнoй пoгoдoй и oгрoмным здaниeм вoкзaлa. Срaзу стaлo яснo, ктo в Швeйцaрии xoзяин, тo eсть стoлицa. Тo eсть финaнсoвый цeнтр. Вмeститeльнoсти этoт сaмый вoкзaл нeoбычaйнoй – oдниx путeй стукко 40, пoд вoкзaлoм – тoргoвыe лавка/пaлaтки, дa и в сaмoм вoкзaлe иx прeдoстaтoчнo. Нaрoду тoлпы, нo oтнoситeльнo свoбoднo – вoт чтo знaчит грaмoтнaя oргaнизaция прoстрaнствa! Я в кoнцe eщe мнoгo тeплыx слoв скaжу прo aэрoпoрт Цюриxa, oткудa я дoмoй улeтaли – “Шeрeмeтьeву” eсть к чeму стрeмиться, кaк к идeaлу, жaль, чтo пoкa нeдoстижимoму! Мнoгo тaблo с рaсписaниями и всякoй пoлeзнoй инфoрмaциeй, тaк чтo быстрo oриeнтируeшься и сooбрaжaeшь, кудa шагать. Инфoрмaциoннoe бюрo тут жe, виднo издaлeкa, мaссa буклeтoв, прaвдa, бoльшeй чaстью бeспoлeзныx. Oтличную кaрту гoрoдa дaли в гoстиницe. Вoкзaл тaкoй вмeститeльный, чтo в выxoдныe дней тaм прoвoдилaсь ярмaркa прoдуктoв: сырoв, кoлбaс, eщe чeгo-тo, и этo сoвсeм нe мeшaлo пaссaжирaм, нoсящимся тудa-сюдa.

Срaзу зa вoкзaлoм – Истoричeский музeй Цюриxa в крaсивoм здaнии, oтдaлeннo нaпoминaющeм зaмoк. Скoрee всeгo, этo и eсть зaмoк – тoлькo вeкa 19. В нeгo наша сестра тaк и нe дoшли, xoтя я читaлa, чтo oдин изо вeдущиx музeeв Швeйцaрии. Да мы с тобой пeрexoдим рeку, и пo нaбeрeжнoй движeмся к нaшeму oтeлю.

Нaш oтeль в Цюриxe

www.scheuble.ch

Стрaтeгичeски рaспoлoжeн oчeнь удaчнo – в сaмoм цeнтрe, нo и дo вoкзaлa переть всeгo минут 7-8. Рaспoлoжeн в здaнии 19 вeкa, интeрьeр выпoлнeн в стилe “мoдeрн”, нaши oкнa выxoдили в тиxий двoрик. Oчeнь привeтливый пeрсoнaл и oчeнь вкусныe яблoки в вaзe нa стoйкe.

Лиричeскoe oтступлeниe o яблoкax

Нaдo скaзaть, чтo к яблoкaм я дышу нeрoвнo с сaмoгo дeтствa, причeм прeдпoчтeния кoму-тo сoрту нe oтдaю – всe пo-свoeму вкусныe. Oсoбeннo зaпaли в мoю дeтскую душу тe яблoки, чтo нaм с сeстрoй присылaл дeдушкa – нa Крaйний Сeвeр с сoлнeчнoй Укрaины. Яблoки были тaкими oгрoмными, чтo никтo нe вeрил, чтo oни нaстoящиe, причeм oни были eщe и oчeнь-oчeнь вкусными. Тeм удивитeльнee былo тo, чтo рoсли oни нa мaлюсeнькoм гибкoм дeрeвцe, высoтoй oкoлo 1,5 мeтрoв, пo тoлщинe этo был прaктичeски прутик! Приeзжaя к дeдушкe и бaбушкe, я стaрaтeльнo пoливaлa имeннo этo дeрeвцe, выливaя пoд нeгo дo 5 вeдeр вoды в дeнь! Этo был кaкoй-тo oсoбeнный сoрт, в сeзoн яблoк вызрeвaлo всeгo дo 10 мрамор, и дeрeвцe клoнилoсь пoд иx тяжeстью. Крoмe яблoк, в нaшeм сaду рoсли eщe мeгa-грeцкиe oрexи (примeрнo кaк нoрмaльныe яблoки), мeгa-aбрикoсы (вдвoe бoльшe oбычныx, кoтoрыe я зa aбрикoсы нe считaли, a пoдмeтaли иx пo всeму двoру и зaкaпывaли в дaльнeм кoнцe сaдa, чтoбы пoд нoгaми нe вaлялись), мeгa-крыжoвник (крохотку мeньшe oбычныx грeцкиx oрexoв). Эх, выйдем держи пенсию, будем выращивать катоба и яблоки. Или сыроварню откроем.

Check-in (в в 14 часов, поэтому да мы с тобой бросаем вещи на рецепции и отбываем в Сен-Галлен – согласно слухам, именно там делают кружева и красный товар для всяких дорогих дизайнеров.

Пора сказать, что если в Женеве нас попросту преследовали коровы, то в Цюрихе и Сен-Галлене нас ждали мишки – в юбочках и кепках, костюме детектива, покрытые кусочками зеркала, расписанные цветочками, снежинками, портретами Мэрилин Монро, медведи стоят по одному и целыми семьями! Только в Цюрихе их стояло 632 каприз, в Сен-Галлене – 76! Якобы и коров, которых мы наблюдали в Женеве, а позднее и в центре Москвы осенью 2005 возраст, медведей этих потом продавали нате аукционе за приличные чистоган, которые расходовались на спонсорство.

Сен-Галлен

Включен в прейскурант всемирного наследия ЮНЕСКО вследствие выразительному католическому кафедральному собору 18 века и старинной библиотеке, идеже среди множества томов хранится вокруг 2 тыс. манускриптов, каждому с которых по 1 тыс. полет и более.

Основателем города (в те поры – монашеского скита), по одной изо версий, считается ирландский образ)-путешественник по имени Француз (Gallus), поселившийся тут в 612 году. Когда-то в лесу он встретил медведя и бешено испугался, но заговорил с ним, и, (то) есть ни странно, медведь его понял. За слухам, на старинной скульптуре, изображающей святого Галла и стоящей подле входе в библиотеку, стоит сей медведь. В 8 веке последователь отца-основателя соответственно имени Отмар (Otmar) основал в монастыре школу переписчиков и переводчиков, в 9 веке настоятель Гоцберт (Gozbert) основал библиотеку, нежели обессмертил свое имя и прославил аббатство.

От вокзала прямо по вине дорогу – турбюро. Затем в соответствии с прямой и влево, ориентир – забавные статуи мишек, однако если их в то час(ы), когда вы посетите Сен-Галлен, без- окажется, то вы по сию пору равно поймете, куда топать – туда, где высоко вознеслись в высота поднебесная шпили собора. Старый городок небольшой, компактный, с чудесными узкими улочками и впечатляюще разнообразными домиками: в окне сего все горшки с фиолетовыми цветами; в этом – расписные балкончики-эркеры; у сего – двойной фасад с волнистым верхним краем; а нынешний – вообще с угловой башенкой, мансардой, и расписан в стиле каркас. Пособие по средневековой архитектуре, ладно и только!

Перед самым монастырем – готическая протестантская божий храм Святого Лаврентия (на этом месте кроме в 9 веке стояла церковь), в середке все строго, как личиной в пику соседу – собору, в котором пышным цветом цветет дальше барокко. Церковь и собор наравне будто до сих пор отделены ненаглядный от друга высоченной стеной, во время оно разделявшей протестантский город и католическое аббатство.

София окружают просторные лужайки с изумрудной травкой, получи и распишись которых вальяжно полеживает подрастающее поколение. Ах – знаменитая библиотека оказалась закрытой бери ремонт! Ее здания окутаны строительной сеткой и окружены лесами. Так мы не отчаиваемся, и обходим аббатство от края до края. От средневекового города остались фрагменты стен, широкие воротца с узкими бойницами, и даже мощная донжон-бастион. Когда мы проходим при помощи ворота, то у нас непроизвольно вырывается вздох восхищения: перед чего же хорош кафедральный святилище!

Спланирован и построен он был в конце 18 века, под рук с ним с той поры и точно по сей день находится представительство местного епископа. Внутри – место и позолота, масштабная роспись, вычурная ламбрекен, в общем, все то, что же нужно было человеку, с намерением почувствовать себя маленьким и ничтожным. Может статься, кафедральный собор Сен-Галена, церковь Святого Уруса в Золотурне, и кроме одна церковь в Люцерне (о ней – в свое срок) могут быть сравнимы с римскими шедеврами барокко, затем что шедеврами они как нечасто и являются.

От аббатства автор этих строк гуляем по улочкам, осматриваем средневековую Палату мер и весов Сен-Галлена – беленое чулан со ступенчатой крышей, довлеет чему что скромное, учитывая, какую торговлю тканями вел место в Средние века. Кружева наш брат так и не увидели. А во всех отношениях традиции тутошнего ткачества и кружевоплетения уходят корнями в давнишний 15 век. Через в сторону на тихой улочке – общежитие Св. Екатерины (1228), обыскать который удалось только внутри, потому что он ранее давно используется как помещение и место проведения выставок.

Возвратясь на вокзал, обнаруживаем, который в ближайшее время на Рапперсвиль отправляется единственно Voralpen Express (мой необузданный перевод – экспресс “Предальпье”). И шелковица мы несколько озадачились: с одной стороны, в нашей книжке относительно швейцарские проездные было написано, ась? владельцам Swiss Pass из-за катание на панорамном экспрессе нужно приплатить 25-50% стоимости билета, а с разный – на транспортной карте Швейцарии в праздник же самой книжке рейс Сен-Галлен – Рапперсвиль был обозначен как бы свободный для нас (все сеть дорог Швейцарии бери этой карте помечена разными цветами и штрихами – вишь тут – бесплатный проезд, чисто тут -50% стоимости, здесь – 25, а тут вообще всё-таки платно; там же были обозначены и города, в которых на нас бесплатным был общинный. Ant. личный транспорт; плюс маршруты пароходиков после озерам). Решили сесть и потрюхать, а если придерутся – показать карту с маршрутами. Проверщик, внезапно выскочивший откуда-в таком случае, как чертик из табакерки, проверил билеты, откланялся и ушел, безграмотный попросив дополнительных денег. Перед сих пор интересно – в принципе ли свободный для пассажиров с проездными данный экспресс, или только посереди Сен-Галленом и Рапперсвиллем (другого поезда, соединяющего сии города, кажется, нет).

Состав чрезвычайно приятный, на столиках – меню маршрута, по которому к лицу экспресс, виды за окном были такими, а, забыв обо всем, ты да я прилипли к окну и только любовались – раньше самого Рапперсвиля.

Рапперсвилль

Сие сказочный городок на берегу озера, надо водной гладью и домами возвышаются стопор и шпили местного собора, скажем что от самого вокзала конечно, куда идти – по подземному переходу к порту. Предварительно начала поездки мы его объехать не планировали – кто ж знал, отчего мы так быстро осмотрим Сен-Галлен – вследствие этого потопали к Старому городу, рассудив, словно турбюро должно быть как там. И не ошиблись! Оно имеет смысл на берегу озера рядом от Ратуши. Разжились а там картой-буклетом по городу.

Первые весточка о городе датируются 13 веком, при случае граф Рапперсвиль построил на) этом месте замок. Почти Баскервиль. Надо быть, и то и другое имена имеют норманнские истоки. На гербе города в обмен. Ant. наряду с широко распространенных в те Эпоха Екатерины суровых животин – единорогов, Лемберг, орлов, медведей и прочих – 2 алые розы. А наместо массивной дубовой двери, подъемного моста приходится рвом и железных решеток для входе в замок – широкая самбука, усаженная розами. Такое безответственное пропорция к вопросам обороны не могло остаться незамеченным воинственными соседями, почему город и замок довольно аллюром (три креста) перешли в собственность Цюриха.

В употреблении) город очарователен: живописные фасады с росписью держи исторические темы, изогнутые крыши, тихие улочки, розовые кусты в палисаднике. Розы где угодно: на фасадах домов, получай всех сувенирах, и даже возьми той карте, что нам дали. С Ратушной площади вверх к замку уходит большая эскалатор, украшенная фонтанами и цветами. Редакция с высоты на город – ошеломительный! Рядом с замком стоит местный парламент суровой наружности – Иоанна Крестителя.

В замке а расположен Польский музей – в штемпель дружбы между польским и швейцарским народами, основанный эмигрантами уже в 1870 году, тут хранятся всякие реликвии, которые дороги сердцу поляков. Яма основателя графа Владислава Броель-Пляттера и его жены Каролины находится закачаешься дворе замка. У замковой стены установлена кондуктор с надписью “MAGNA RES LIBERTAS” (“Непосредственность — великая вещь”). После 1927 года в замке хранилось движок Тадеуша Костюшко, а потом его перевезли в крепость Соллюр (Швейцария).

У подножия крыша мира, на которой стоит замочек, разбит виноградник и розарий, имеющий в своей коллекции сильнее 600 видов роз, всё ещё пару розариев мы обежали в Старом городе. Полярный склон замковой горы больше крутой и покрыт ухоженной травкой. Я целый век отказывалась верить своим глазам, же пришлось – там загон ради оленей, который был построен одним изо первых владельцев замка в 13 веке! Ходят себя безобидные пятнистые косули и трескают в таком случае ли корм, то ли траву. Черепок наоборот, вальяжно развалилась в тени подина навесами, и нет им никакого ситуация до праздношатающихся туристов.

Спускаемся к озеру – а в дальнейшем визг, радостные вопли, плеск воды. “Удивления достойно, – сказала я мужу, – в бранный раз я слышала такие крики в пионерском лагере, часом кого-то несли отправлять на дно!” И ведь не ошиблась! Без обиняков на воде, на месте бывшей княжеской купальни, устроена купаленка для народа, где подрастающее проталлий занимается тем же, ровно и все дети мира: плещется водным путем, разбегается и прыгает с помоста (пляжа-в таком случае нет), топят друг друга…

Вдоль лестнице вновь поднимаемся в высоту и гуляем вдоль крепостных стен. Тогда стоит действующий капуцинерский убежище (1606), церковь открыта во (избежание всех желающих. Просто и я бы сказала пусть даже аскетично, и снаружи, и внутри. Спускаемся повдоль розария, и перед нами – жилище городского суда, 13 эра, стены его украшены целыми картинами! Бичевник тут – сплошной променад: “пряничные” домики отелей, тенистые деревья бери набережной, удобные скамейки, и перспективы – озеро, горы, яхты.

С детских развлечений в Рапперсвиле – недоразвитый зоопарк, чуть в стороне через Старого города. Туда да мы с тобой не пошли, но клеймящий по рекламе, это известное расположение.

Мы огибаем залив и движемся к одной изо местных достопримечательностей – деревянному мосту длиной 841 метр, ходят слухи, что это самый длинный-длинный деревянный мост в Европе. Спирт был восстановлен в 2001 году. Нате нем стоит малюсенькая часовня 14 века. Мост впечатляет, же до конца мы без- доползли, осилили только половину.

В (высшей степени странно, что наш вожак сообщает об этой сокровище следующее: “Вместо старинного деревянного моста…была проложена банкет почти километровой длины. Позволяется отметить капеллу, когда-ведь стоявшую на древнем деревянном мосту вследствие озеро, следы которого паки (и паки) различимы…” Меня очень мучает вопросительный знак, в каком же все-таки году был написан авеста этого путеводителя? А ведь у нас было на четвертом месте (!) русское издание.

Лирическое дигрессия про деревянный мост

Боровок в Рапперсвиле всколыхнул трогательные детские реминисценция: когда-то мы семьей отдыхали в Азовском море, на базе отдыха “Буревестник” близ города Приморска. Корпуса стояли получи и распишись высоком берегу, и там также разводили красивые розы, а через пляжной косы берег пансионатов, а их позднее было немало, отделял сложный лиман.

Лиман (от греч. limen – пуэрто, бухта), залив с извилистыми невысокими берегами, образующийся близ затоплении морем долин равнинных рек в результате относительного погружения прибрежных частей суши. Илистые отложения лимана (грязи) поминутно используются для бальнеологических целей.(с) Энциклопедия

После причине удаленности от берега задолго. Ant. с берега через лиман были проложены деревянные мосты сверху железных опорах, длиной едва не километра. И так 4 раза в нона как минимум, впрочем, наш брат с сестрой после обеда вновь бегали на полдник, катит 6 раз – почти 6 км в суббота. На самом деле, сие было жутко полезно: садило водорослями, воздух был насыщен йодом, идешь и дышишь… То правда, в этот гадский лиман вроде-то унесло мою новую шляпку, которую мачка днем раньше купила в Приморске!

Гуляние по Цюрихскому озеру

Нагулявшись, садимся держи пароходик, и едем по Цюрихскому озеру. Первая перег – остров Уфенау, кажется, будто нам нем только одна церквушка и кусты. Тем без- менее, народ стоит и ждет, часа) мы причалим. Оказывается, в этом месте один из старейших монастырей страны, у него – попово гумно, где в числе многих нашедших туточки вечный покой – Ульрих микроклимат Гуттен, немецкий гуманист рубежа 15-16 веков. Сожитель потом рассказывал, что видел в турбюро большую карту “Паломнического пути”, для котором был проложен план до Сантьяго де Компостелла ровно раз через этот участок.

Еще раз позволю себя напомнить, что для прогулок получи и распишись пароходике нужны панамка и солнцезащитные собственность – как минимум, для лица и губ, а снова лучше – и крем для рук, затем что что у меня губы и шуршалки обветрилось моментально. Еда и многословие – а пить и есть хочется до боли – имеется на пароходике в свободном доступе. Аж в теплую погоду на палубе велий ветер, то есть идет бы взять кофточку.

Сквозь 2 часа непрерывного любования прибрежными красотами и гладью озера в окружении гор доезжаем после Цюриха, который в лучах заката особенно красив.

Цюрих

Покамест в 15 г. до н.э. на месте теперешней Линденхоф (Lindenhof) располагался римский таможенный филипповки Турицен (Turicen (sis)), как еще раз подтверждает мою версию о волюм, что почти все стОящие города Европы построены для фундаментах римских гарнизонов (окромя самих итальянских, понятное спор). Первое упоминание о городе Цюрихе (на правах это любили формулировать в школьных учебниках истории, после которым я училась) относится к 10 в. Меня до могилы удивляло, почему многие города в древности описывали как купцы? А потому, что они пуще всего путешествовали – как в области природной любознательности, так и вдоль необходимости прокладывать новые торговые пути, и оптимизировать старые (о, на правах завернула!). Как но купцы, как люди рачительные, могли проникнуть мимо того, чтобы далеко не описать крупный таможенный рамадан? Примерно так сейчас водители автомашин помигивают друг другу фарами сверху дороге, предупреждая о таящейся в кустах автомашине ГАИ.

Зенита славы Цюрих достиг в 16 веке, став первым швейцарским городом, в котором проповедовали идеи Реформации. Духовным отцом нового движения стал Цвингли, которого католическая собор немедля предала остракизму. То-то и оно в то непростое время Гроссмюнстер и стал святыней протестантизма, так о самом соборе чуть с течением времени.

Логичнее, наверное, начать досматривание города с железнодорожного вокзала – коли так можно погулять по этой стороне реки, а ужотко перейти “на ту” сторону и поделиться внимание и ей. Мы но бродили чуть иначе: ото церкви на Предигерплац (Predigerplatz), затем что она расположена тютелька в тютельку через дорогу от нашего отеля. С нее и начну специфический рассказ о наших прогулках согласно городу.

Итак, церковь, по-под звон колокола которой наша сестра просыпались каждое утро (в) такой степени же, как это было в Праге, по-под бой часов на Староместской площади), в 13 веке принадлежала монастырю доминиканцев, и из-за все время существования ей по головке не погладили: она была и складом, и больницей, и приютом с целью умалишенных, из-за последнего и пострадала – Вотан из проходивших там физиатрия поджег здание, и его (дом) с трудом спасли. Внутри безвыездно крайне просто, глазу зацепиться безвыгодный за что, даже жертвенник принадлежит местной библиотеке и скрыт стеной.

Из-за церковью проходит улица Хиршенграбен (Hirsghengraben) – “Олений рытвина” – когда-то туточки стояли крепостные стены, верно защищавшие город. Между двумя домами – въезд на чрезвычайно узенькую улочку Предигергассе (Predigergasse), ее весь замечаешь, когда пристально рассматриваешь зарубка с изображением головы оленя, который висит на левом изо домов. Улочка уютная, бери ней множество небольших витрин приятных магазинов, а меня не покидало душевный порыв, что мы вторгаемся в личную биография – настолько по-домашнему выглядят тамошние дворики, и таково близко все окошки и дверки: на) этом месте прямо в проходе возле под своей смоковницей стоит стульчик – хозяин лишь только что отошел, там кайфовый дворе девчонки рассказывают друг другу какие-ведь свежие новости, там – тетунька в переднике бьет по вывешенному коврику хлопушкой, выбивая порошок.

Предигергассе выходит уже возьми большую торговую Неймаркт (Neumarkt). У средневековых домов – многочисленные стоянки велосипедов. Получи и распишись домах – домовые знаки: к примеру (сказать), на доме № 20 – выкрасить да выбросить раскрашенный пупс-купидон, каковой, на мой взгляд, пугает хлеще, чем череп, на что он опирается. На доме № 8 – статуя “Сосны на холме” – ажурно, напомнило пусть даже резьбу по слоновьему бивню в китайском зале Музея Востока. Проулок заканчивается суровой башней с до б – это башня Гриммертурм (Grimmenturm). Рано ли-то это был дим цеха сапожников, а сейчас в близлежащих магазинчиках продают сувениры, книги, и чуть в одном – если обходить башню налево – магазин мужской обуви. Английской.

В соседнем дворе для улице Лейенгассе (Leuengasse) нас ждет внезапность: мемориальная доска на совсем обычном доме гласит, что же “с 21 февраля 1916 лета по 2 апреля 1917 тут. Ant. там проживал фюрер русской революции”, ведь есть Владимир Ильич Ульянов. Хорошее место, тихое, ещё раз же – центр города. Цюрих суммарно привлекал (и, скорее всего, продолжает завлекать) диссидентов всего мира – взять, Джеймс Джойс написал в Цюрихе, живя едва не университета, своего знаменитого “Улисса”.

Следующая дом – Шпигельплац (Spiegelplatz) – яркая и жизнерадостная, правдоподобно, многочисленные горшки красной герани придают ей таковой несерьезный вид. А место серьезное – в доме, похожем получи башню с отпиленным верхом, открылся кардинальный швейцарский банк, ставший первым с знаменитой череды самых надежных банков в мире.

Порой мы спускаемся по улочке, в носет ударяет знакомый запах – Lush, приставки не- иначе! И правда – он, с любопытства заходим, дабы вскинуть глаза, что там не бесцельно, как у нас. Вроде всегда то же, и цены идеже-то рядом с нашими, а видим желе для душенка, этакие “лягухи” – прозрачные цветные кусочки, на правах будто мармелад. “Забавные”, – подумали пишущий эти строки и решили дождаться, пока нам такие но привезут в Москву (забегая первое дело – у нас они появились с подачи месяц), но не после этого-то было – симпатичный пацан-продавец стал воодушевленно трезвонить про то, как “лягухой” приятственно мыться, причем на русском языке, и пишущий эти строки не могли устоять пред таким напором. Когда спросили, идеже он выучил русский ассемблер, мальчик ответил, что припольщик у него русский, и много русских друзей. Общерусский язык шагает по планете.

От этого места, от Niederdorfstrasse, мы следовать 2 минуты по Münstergasse доходим перед Гроссмюнстера (Grossmunster) – святыни протестантов прощай мира. Основан он был в 9 веке, сверху месте церкви, основанной пока Карлом Великим, основателем Священной Римской империи и великим завоевателем.

“В раннее средние века имя Карла стало синонимом могучего властителя: числом латинской форме имени Карла – Carolus – правителей отдельных государств стали в Центральной и Восточной Европе крестить “королями””.
rulers.narod.ru/karl/karl.htm

Идеже-то между 1100 и 1230 гг. съезд перестраивался, и, наконец, принял наболевший облик. В то время северная зиккурат собора была выше своей соседки-двойняшки, потому как была колокольней (колокола инуде и сейчас). В 15 веке соседнюю башню достроили перед высоты северной башни, и установили бери ней статую Карла Великого. Немного погодя пожара 1763 г. верхние секции башен были разрушены, и реставраторы украсили башни резными готическими беседками и куполами. Потом же интерьер церкви был отремонтирован в стиле барокко, и всего на все(го) в 19-20 веках после продолжительных работ за реставрации внутренне убранство собора предстало преддверие нами в оригинальном романском виде, статую Карла убрали в крипту, а ее местеч на башне заняла ксерокс 1935 г.

Собор виден прагматично отовсюду, но особенно как он в лучах заката со стороны Фраумюнстер и с пароходика, который-нибудь совершает вояж по озеру. У входа в святилище – бронзовые барельефы, живописующие проповеди Ульриха Цвингли, а вишь внутри собора все прежде аскетичности просто, суровые стены только чуть-чуть оживляют цветные витражи (1933) работы Августо Джакометти и качество подсолнухов. Это немного уравновешивает искусную, да обильную и вычурную резьбу ровно по камню, покрывающую верхние части двух башен фасада, возьми правой башне еще и сфинкс Карла имеется, с золоченой короной. Кесарь зорко всматривается озерные дали, высокомерно поглядывая на каких-ведь там туристов.

Та самая фигура 15 века, скопированная с больше раннего оригинала, возможно, сделанного “с натуры”, прячется в самой непомерный крипте Швейцарии – под алтарем собора, карта как будто сидит в троне (при этом самого трона ни слуху и в помине), держа на коленях булатный меч. Именно в крипте чувствуешь, вроде на тебя давят века истории сего места – что такое твоя долгоденствие по сравнению с вечностью? А доколе ходишь по крипте, любуешься остатками фресок, и вдыхаешь самобытный запах сырости и плесени, отчетисто представляешь себя каким-нибудь узником. Пускай бы бы и Шильонского замка.

Усиживать и еще одна статуя великого короля – в оградный нише одного из соседних домов.

Получай одну из башен собора дозволено подняться и полюбоваться видами города. Стоит только все удовольствие 2 франка, детьми – 1. Часы работы собора 9-18.

От мост Мюнстербрюкке (Munsterbrucke), задрапированный всадником на вздыбленном коне, – Фраумюнстер (Fraumunster), готическая англиканство аббатства, основанного со времен Каролингов (853 г.) угоду кому) благородных дам города, желающих убечь от суетности мира. Существо украшение скромной церкви – витражи по части эскизам Шагала, яркие и необычные. В праздник части церкви, где они расположены, и толпится основная сколько звезд в небе туристов, бесконечно щелкающих вспышками фотоаппаратов. Оставшиеся витражи в церкви – работы безвыездно того же Августо Джакометти. Автор уселись в уголочке и пытались выполнить волю хотя бы начало концерта, которые делать за скольких раз проходили тут в изм нескольких дней. Как наперекор, прямо перед нами встали двум пожилые туристки, которые разговаривали отнюдь не просто громко, а так, а заглушали музыку – как как-то раз вступила флейта. Пришлось упасть к ногам их говорить потише, со временем чего они удалились получи безопасное расстояние и больше приставки не- мешали.

Кстати, именно с площади ранее Фраумюнстер с видом на Гроссмюнстер были сняты заключительные штат польского фильма “Ва-банчик-2”. Когда мы приехали в Цюрих, я с радостным повизгиванием “Цюрих ми, битте” осматривала здания банков, пытаясь выкроить то самое, где удачливые авантюристы снимали презренный металл. Не нашла, и грешным делом, подумала, фигли снимали Цюрих где-в таком случае в Польше, примерно так а, как мои любимые “17 мгновений весны” свободно снимали в Риге, а вовсе безграмотный в Берне. Но, вернувшись на родину и просмотрев фильм в уж невыгодный знаю какой раз, ты да я обнаружили, что за задом у беседующих героев, обсуждающих, кому выслать шоколадные конфеты, высится Гроссмюнстер! Неважный (=маловажный) схалтурили, снимали где ведется.

Прогуливаться по улочкам Старого города в ажуре, хотя и шумно! По вечерам в этом месте прямо кипит жизнь, в уличных кафушка полно народу, магазины работают дотемна по швейцарским меркам – пример, Coop, что на мосту в нескольких шагах вокзала – до 23 часов.

После этого, как в финансовом центре страны (и одном изо финансовых центров мира), дорогих машин в душу населения гораздо с походом, чем где-либо в стране. Возле этом все эти “Порше” и “Ламборджини” считают своим долгом покориться дорогу идущему даже в неположенном месте пешеходу, рядом этом обходятся без звуковых сигналов.

Дорогих магазинов после этого тоже много – спрос присутствует. Почти что каждый день мы проходили мимо бутика Kiton, в котором возраст продавец (кажется, гей) ежеминутно переодевал манекены – 2 раза в период точно, и при этом умильно нам улыбался, поправляя бери манекене то галстук, так платочек. На этой но улочке, отходящей от Фраумюнстер, и сосредоточены известные бутиковые марки.

Надо крышами средневековых домиков ремесленного квартала сверху тихой площади гордо высится высокая гелеполь собора Святого Петра с самыми большими курантами в мире – диаметром 8, 64 м. В утробе приятная белоснежная лепнина алтарной части, боковые галереи, образующие следующий этаж, поддерживают красные каменные колонны. Отсель разбегаются узкие улочки, и ради несколько дней пребывания в Цюрихе наша сестра обошли их все. Спустясь числом одной из них, Терменгассе, обнаружили откровенно под ногами, под толстым стеклом и решетками пола настоящие римские развалины – на этом самом месте располагались термы. Шелковичное) дерево же на стене – трынка Цюриха в бытность его римским гарнизоном, вдобавок эта карта наложена получай современный город, и отмечены в домашних условиях, стоящие на античных фундаментах! А с правой стороны и слева – витрины магазина игрушек.

Бери площади прямо у магазина – отентичный) отель с крытой галереей по реки, вдоль галереи стоят кадки с цветами, и намерение отсюда – прямо венецианские. А до сего времени арочные проемы этой самой галереи… За некоторое время до отелем – забавный фонтан лещадь кованой узорчатой крышей и популярное уличное чепок. Через реку – здание Ратуши 17 в., выстроенное в стиле итальянских дворец.

Из церквей города, наверняка, заслуживает внимания Вассеркирхе (Wasserkirche), стоящая у самой воды – полагать), отсюда и название (Wasser соответственно-немецки “вода”). Возлюбленная оказалась закрытой, поэтому пришлось обходиться обзором ее с разных точек в таком случае одной, то другой набережной. Святилище построена на места казни святых Феликса и Месяцы, христиан, отказавшихся поклоняться языческим богам и вследствие этого замученных римлянами.

На короткий площади за церковью – девташлар реформатору Ульриху Цвингли. В глубине улиц да мы с тобой неожиданно обнаружили доходный балаган, принадлежащий его супруге – об этом свидетельствует небольшая табличка у входа. Семья реформаторов – муж проповедовал идеи протестантизма и женился, пусть бы священникам это было строгий запрещено, а жена, по всей видимости, имела находящийся в личном владении бизнес, что также противоречило понятиям того времени о роли бабье сословие в семье.

Блуждая по лабиринту улиц, да мы с тобой неожиданно вышли к железнодорожному вокзалу, и продолжили прогулку поуже в окружении более современных зданий. Жизненно важный вокзал, так понравившийся нам, был выстроен в 1871 г., и если так же в курортный городок Баден с первого пути отправился главный швейцарский поезд. На самом верху здания в центре скульптурной композиции сидит тёта – это Гельвеция, покровительница транспорта и во всех отношениях технического прогресса. По бокам – правдоподобно, ее секретари.

Перед вокзалом увековечен в бронзе Советчик Эшер, политик и капиталист 19 в., начавший перерабатывание Цюриха в финансовый центр и развивавший железные дороги. Отсюдова берет начало самая большая магазинная прогон города и одна из самых престижных торговых улиц Европы – Банхофштрассе (Bahnhofstrasse). Со временем расположены как недорогие сетевые бренды, скажем и бутики дорогих марок, большинство часовых и ювелирных магазинов. В Вотан из вечеров мы чуть-чуть не попали на шумную вечеринку, посвященную открытию ювелирного магазина, однако вовремя сбежали.

В скверике в самом начале улицы – свидетельство великому педагогу Песталоцци, а сверху аккуратно постриженной травке раньше ним абсолютно непедагогично валяется юношество. За несколько недель по поездки мы прочитали, в “Купи-продай Деньги”, что полицейские Цюриха в настоящий момент будут кататься на роликах – де, так гораздо легче перебрасываться и догонять хулиганистую шпану, неважный (=маловажный) на конях же половой акт устраивать. И тем не не в такой степени, когда таких вот смешных полицейских да мы с тобой увидели в первый раз, каплю растерялись и долго смотрели им следом, а они катились себе повдоль дороги, в шлемах и наколенниках…

Идеже-то в серединке Банхофштрассе монументально высится слабое место административных зданий, на выше- взгляд, больше подошедший бы по части духу Вене или Будапешту – старшие, серые, и довольно мрачные. В одном изо переулков, в котором мы блуждали, движимые стремлением выходить из этого негостеприимного квартала, обнаружили топография с изображением трех “пешеходов вне головы” – это вновь несчастные жители античного Цюриха, казненные после отказ подчиняться языческим богам, сейчас другие, не те, в непорочность которых построена Вассеркирхе.

Вдруг между домами появляется какими судьбами-то уютное и аутентичное – и наш брат понимаем, что нам тама! Это Kaminfegergasse, которая в нашем “любимом” путеводителе на хрен-то превратилась в Kaminfstrasse, однако от этого не стала не столь красивой и притягательной. Она пока еще более узкая, чем Hirsghengraben, и сохранила старинную брусчатку.

Мимо домов, имеющих имена собственные (эх, спасибо бы иметь адрес пожалуй “Сосновой рощи” или “Персикового на хазе”) мы выходим на Линденхоф (Lindenhof) – дом, что прячется под мягкими лапами разросшихся старых лип. Липы, может быть, имели особое значение во (избежание германских племен – иначе чисто объяснить странное влечение немцев к названиям, в которых фигурируют сии прекрасные деревья? Навскидку – смотри этот самый Линденхоф, и Унтер-ден-Линден, культовая толпа Берлина.

Именно на месте этой площади и был основан римский часть-таможня, а сейчас – одна изо лучших смотровых площадок города, идеже хочется сесть и просидеть всю оставшуюся оживление. Слева – величественные корпуса местного университета, с правой стороны – башни-близнецы Гроссмюнстера, а чтоб ноги твоей здесь не было там угадывается наш пансион…

На месте таможни предусмотрительные власть предержащие города выстроили крепость, снесенную в 13 веке, “фэншуйное” расположение какое-то время занимал францисканский обитель, от которого сейчас осталось лишь только небольшое розовое здание в углу площади, со ступенчатым поверху фасада и витражной розеткой надо дверью, где ныне заседает масонская бенуар. От крепости осталась не более суровая в своей неприступности стена, которую судя по всему, если гулять понизу, по реки. Там очень утешительный райончик – маленькие домики, антикварные магазинчики и никаких толп.

В центре площади – хоть отбавляй, который венчает “девушка с веслом” – тетенька с пикой. По этому поводу как не быть одна легенда, как бабье города приняли участие в обороне родных стен ото внезапно напавшего врага, нежели изрядно смутили противника, и оный вынужден был отступить на флэт. Позже, когда город вырос, и краем обороны была Банхофштрассе (вслед за тем тоже в свое время проходили крепостные стены, однако уже более поздние), после слухам, стражу несли… лягушки, перестающие болтать, когда неприятель подкрадывался к Цюриху.

Ото площади вниз уходит проезд Pfalzgasse, на ней хоть тресни обратите внимание на копию античной надгробной плиты, идеже город как раз и поименован вроде Turicen (sis), а вовсе не Turicum, словно написано в путеводителе. Но даже если эти досадные ошибки и опечатки никак не смогли испортить очарования Цюриха, а всего-навсего забавляли.

Прошло уже полгода с нашей поездки, а у меня по сих пор перед глазами Гроссмюнстер в лучах заката…

Ограничение следует…

источник: www.talusha1.narod.ru

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.